ЗСУ-37-2 «Енисей» Альтернативная история

03.05.2014


Алексей Бобков

Enisei2

Замысел

В феврале 1955 г., когда основу ПВО Сухопутных войск СССР составляли буксируемые автоматические зенитные пушки 61-К образца 1939 г. калибра 37 мм и С-60 калибра 57 мм, на вооружение была принята новая самоходная система ЗСУ-57-2. Однако из-за стремительного совершенствования авиационных средств нападения сложилась парадоксальная ситуация, когда еще только готовившаяся к серийному выпуску ЗСУ-57-2 уже не отвечала требованиям ПВО поля боя ни по возможностям обнаружения и времени реакции на угрозу, ни по вероятности поражения. К тому же, калибр 57 мм при отсутствии у боеприпаса радиовзрывателя оказался чрезмерным для стрельбы по скоростным низколетящим целям. Уже летом 1956 г. Главное бронетанковое управление (ГБТУ) Министерства обороны и Министерство тяжелого машиностроения начали обсуждать возможность создания ЗСУ нового поколения с 37-мм артсистемой под новый патрон, поскольку баллистика пушки 61 -К была явно слаба для перспективной разработки. Дополнительным толчком послужило и появление у основного вероятного противника опытного варианта модернизированной ЗСУ М42А1 «Duster», оснащенной бортовой РАС обнаружения и сопровождения целей Т50.
17 апреля 1957 г. Совет Министров СССР выпустил постановление №426-211 о глубокой модернизации ЗСУ-57-2 по темам «Днепр» и «Волга» и о разработке новых перспективных ЗСУ «Шилка» и «Енисей», а также подвижного радиолокационного комплекса «Обь» для выдачи целеуказания ЗСУ.
Основной задачей, поставленной перед разработчиками, было создание принципиально новых по построению автономных зенитных самоходных комплексов, обеспечивающих защиту боевых порядков от воздушного нападения тактической авиации противника. В отличие от существующих на тот момент ствольных и ракетных зенитных комплексов, громоздких по составу и требующих значительного времени на развертывание в боевое состояние, новые ЗСУ должны были обладать высокой маневренностью, способностью вести огонь в движении при со¬провождении войск, во всех видах боя, днем и ночью, в любую погоду.
Изначально «Шилка» и «Енисей» не рассматривались в качестве конкурентов. Первый комплекс создавался для обеспечения ПВО мотострелковых частей от атак авиации с высот до 1500 м, второй — для прикрытия танковых, механизированных и ракетных частей в движении от средств воздушного нападения, имеющих скорости до 660 м/с, на высотах 100-3000 м и на максимальной дальности 4500 м, т.е. в зоне поражения, сопоставимой с зоной поражения ЗСУ-57-2.
В соответствии с указанным постановлением Главное ракетно-артиллерийское управление (ГРАУ) и ГБТУ выдали исполнителям по ЗСУ «Енисей» тактико-технические требования (ТТТ):
— №007363 (а позднее — уточнение к ним №007886) — «Уралмашзаводу» Свердловского совнархоза, как головному исполнителю, на проектирование и изготовление опытного образца;
— №007390 (уточнение №007885) — Государственному союзному (ГС) ОКБ-43 на проектирование и изготовление 37-мм спаренной автоматической зенитной пушки (АЗП) «Ангара»;
— №007389 (уточнение №007835) — НИИ-20 Госкомитета по радиоэлектронике (ГКРЭ) на малогабаритный радиолокационно-приборный комплекс (РЛПК) управления стрельбой «Байкал».

ZSU-57-2

Зенитные самоходные установки ЗСУ-57-2

ZSU-2E-4

Зенитная самоходная установка ЗСУ-2Э-4 («23-мм счетверенная зенитная самоходная установка ЗСУ-23-4»)

Проектирование

Постановлением №426-211 ОКБ-3 поручалось разработать шасси «Енисея» на базе самоходной установки СУ-1 ООП (изделие 105). Эта машина прошла к тому времени мучительный (почти десятилетний) путь испытаний, переделок, доработок и была принята на вооружение 26 февраля 1955 г.
Однако даже расчетный боевой вес будущей ЗСУ существенно превосходил боевой вес СУ-1 ООП, что требовало усиления ходовой части, подвески и пр.
Проблема для конструкторов была не нова: работы по повышению грузоподъемности базового шасси и увеличению гарантийного пробега до 10000 км начались в ОКБ-3 в инициативном порядке еще в 1954 г. А 4 февраля 1955 г. СМ СССР узаконил эту тему, выдав задание на разработку модифицированной СУ-ЮОПМ (изделие 105М) с усиленной конструкцией.
Опытный образец изготовили в 1957 г. В течение трех лет он проходил испытания с постоянным совершенствованием узлов. Установкой балласта общий вес машины на испытаниях доводился до 30 т. Усиленные опорные катки и их балансиры, поддерживающие ролики и другие отработанные на СУ-ЮОПМ конструкторские и технологические решения были использованы в шасси новой ЗСУ.
Уже в 1957 г. ОКБ-3 «Уралмаш-завода» под руководством Г.С. Ефимова выполнило эскизный проект. Ведущим конструктором изделия был назначен Ю.В.Томашов, тогда занимавший должность заместителя главного конструктора, ведущим конструктором по вооружению стал П.М.Каваев, по электрооборудованию — Ю.П. Медведев, ведущими инженерами-испытателями — А.А. Грабилин и Б.А. Неронов.
21 апреля 1958 г. ОКБ-3 представило на рассмотрение Научно-технического совета Госкомитета СМ СССР по оборонной технике эскизно-технический проект ЗСУ, который был утвержден для разработки рабочих чертежей и изготовления опытных образцов с учетом необходимости снижения веса машины до 25,5 т.

SU-100P.jpgОдин из вариантов СУ-10ОП в ходе испытаний             Общий вид СУ-10ОПМ

 

Na_etape_eskiznogo_proektirovaniya

Так выглядел «Енисей» на этапе эскизно-технического проекта. Особенностью ранней формы башни являлись скругленные передние углы

Конструкция

Комплекс «Енисей» включал в себя следующие основные элементы:
— легкобронированное гусеничное шасси с передним расположением моторно-трансмиссионного отделения (МТО);
— малогабаритный помехозащищенный РЛПК «Байкал» для обнаружения и автосопровождения воздушной цели с выработкой ее текущих координат. Спроектирован в НИИ-20 ГКОТ СМ СССР, главный конструктор — М.М. Косичкин;
— счетно-решающийприбор (СРП) для автоматической выработки упрежденных угловых координат цели (азимут и угол возвышения). Разработан НИИ-20 ГКОТ СМ СССР;
— системы стабилизации линии визирования и линии выстрела для сохранения положения оси антенной колонки и стволов АЗП при наклонах корпуса ЗСУ относительно горизонта до 10° и любых отклонениях продольной оси корпуса самохода относительно заданного направления. Созданы Ковровским филиалом ЦНИИ-173;
— 37-мм спаренную скорострельную АЗП КА-372 «Ангара» с системой охлаждения стволов и системой питания боеприпасами. Спроектирована ленинградским ГС ОКБ-43, главный конструктор — Н.И. Айзенберг;
— электрогидравлические силовые следящие приводы наведения для автоматического (при стрельбе от РЛС) и полуавтоматического (при стрельбе от прицел-дублера) наведения пушки по упрежденному азимуту и углу возвышения. Разработаны ЦНИИАГ (ЦНИИ-173 ГКОТ), г. Москва;
— систему первичного электропитания (СЭП) для питания всех электропотребителей напряжением постоянного (2 х 28 В) и переменного (220 В, 400 Гц) токов. Разработкой и изготовлением генераторов занимался НИИ-627, турбины — НАМИ.
Корпус артсамохода — цельносварной из катаных листов броневой стали. Лобовой лист имел толщину 20 мм, борта — 13 мм, крыша — 6 мм. Корпус был разделен на МТО, отделение управления и боевое отделение.
Поперек носовой части корпуса располагалась шестискоростная двухпоточная механическая коробка перемены передач (КПП) с планетарными механизмами поворота (ПМП). ПМП имели в своей конструкции поворотный и остановочный тормоза ленточного типа с барабанами из чугуна. Справа и слева через зубчатые муфты КПП соединялась с бортовыми передачами — одноступенчатыми пони-жающими редукторами косозубого зацепления. Сверху на картере КПП размещался стартер СТ-16М.
За КПП правее продольной оси корпуса на подмоторной раме был установлен 12-цилиндровый V-образный бескомпрессорный дизель В-105 жидкостного охлаждения (модификация танкового В-54, задросселированого до 400 л.с. при 2000 об./мин. Максимальный крутящий момент — 175 кгм при 1100-1200 об./мин. Удельный расход топлива -185 г/л.с.ч).
На носке коленвала двигателя крепился многодисковый сухого трения (сталь по стали) главный фрикцион, который через зубчатую муфту соединялся с КПП. Слева от двигателя монтировался генератор дублирующего агрегата системы первичного электропитания с приводом через редуктор от двигателя, а в вырезе перегородки МТО размещался топливозаправочный агрегат. Справа устанавливался блок системы охлаждения в составе патрубка воздухопритока, трубчатопластинчатого воздушно-водяного радиатора и осевого двухступенчатого вентилятора с приводом коническим редуктором от двигателя.
Под блоком системы охлаждения в выхлопном патрубке находилась воздушная камера системы обдува с эжекционными аппаратами. Система обеспечивала удаление горячего воздуха от выхлопных коллекторов двигателя, трубопроводов, перегородки между МТО и отделением управления и отсос пыли из воздухоочистителя. Рядом располагался форсуночный подогреватель двигателя и водомасляный радиатор. Выхлопной патрубок подогревателя был выведен в правый борт корпуса в районе второго опорного катка и закрывался заглушкой на болтах. В задней части МТО помещались расширительный бачок системы охлаждения, маслофильтр «Кимаф-СТЗ», подогреватель топлива, маслонасос МВ-43 с подогревателем, маслобак на 30 л, бачок для слива горючего, просочившегося из топливного насоса.
В отделении управления слева от МТО находилось рабочее место механика-водителя: сиденье, органы управления движением, щиток приборов, рукоятка топливозаправочного агрегата, кран выпуска воздуха из насоса НК-10 и топливного фильтра тон кой очистки, штуцер для заправки топливной системы, рукоятка управления жалюзи воздухопритока, рукоятка привода крана слива воды, выключатель батарей, выключатели системы подогрева, реле-регулятор, фильтр генератора, розетка внешнего заряда и запуска, щиток световой сигнализации, рукоятки включения световых приборов, кнопка стартера, щиток переговорного устройства.

Dizel v-105

Дизель В-105

Крышка люка механика-водителя состояла из двух секций для обеспечения открывания в положении стволов над люком. Перед люком располагались два призменных прибора наблюдения ТПВ. Вместо левого прибора мог устанавливаться прибор ночного наблюдения ТВН-2. Этот же прибор в походном положении крепился перед люком на специальном кронштейне. В отдельном отсеке за водителем имелись аккумуляторы и два баллона системы воздушного запуска двигателя. На крышке отсека аккумуляторов размещался огнетушитель.
Боевое отделение располагалось в средней части корпуса. Сразу за отсеком МТО часть боевого отделения занимали четыре топливных бака общей емкостью 500 л и блок воздухоочистителя «Мультициклон».
В задней части корпуса находился отсек основного агрегата СЭП — генератор с приводом от газовой турбины.
Воздухозаборник турбины располагался по правому борту, выхлопной патрубок — слева. Наличие газотурбинного двигателя обеспечивало запуск агрегата питания при любых климатических условиях за время 30 с.
Снаружи на корпусе размещались буксирные троса, ящики и укладки возимого ЗИП и шанцевый инструмент. На крыше над трансмиссией была установлена грязеотбойная доска, за ней крепились приспособление для самовытаскивания и брезентовый чехол. В передней части корпуса монтировались две фары ФГ-10 с каркасной веткозащитой; под левой фарой монтировался звуковой электросигнал С-57, а перед ним на надгусеничной полке укладывался кронштейн прибора ТВН-2.
Габаритные фонари: передние — ГСТ-49-3 (зеленые), задние — ГСТ-49-К (красные). На кормовом листе корпуса крепились бревно для самовытаскивания и два запасных трака.
Ходовую часть каждого борта составляли шесть сдвоенных литых опорных катков (диаметр — 630 мм, ширина резинового бандажа -140 мм). Подвеска — торсионная. Балансиры, кроме четвертого, имели пружинные ограничители крайнего положения, а первый и шестой оснащались гидравлическими телескопическими амортизаторами двухстороннего действия, расположенными внутри корпуса. Ведущие колеса переднего расположения — литые, с установленными на болтах зубчатыми венцами (диаметр по цевкам траков — 600 мм) Под ведущим колесом на корпусе стояли отбойник гусеничной ленты и скребок для очистки пространства между звездочками от грязи.
На борт имелось по три поддерживающих ролика (диаметр — 250 мм, ширина резинового бандажа — 70 мм). Средние ролики были сдвоенными, крайние — одинарные.
Литые направляющие колеса (ленивцы) — заднего расположения (диаметр — 540 мм), с кривошипно-винтовыми механизмами натяжения гусениц. Каждая гусеничная цепь состояла из 103 траков с центральным направляющим гребнем и резинометаллическим шарниром (РМШ). Ширина трака — 510 мм, шаг трака — 133 мм. Ресурс гусеницы — не менее 3000 км.
В средней части боевого отделения на подбашенном погоне (диаметр в свету — 2100 мм) была установлена башня кругового вращения, сваренная из катаных листов брони толщиной 6-8 мм.

Рабочее место механика-водителя

Komponovka

Компоновка заводского образца ЗСУ-37-2

Objekt_119

ЭСУ-37-2 «Енисей» («Объект 119») в походной конфигурации.

1

Образец для заводских испытаний.
Брезент, некоторые укладки ЗИП и бревно на корпусе условно показаны не на всех видах.

23

Внешний вид первого (заводского) образца:

Pervij_obrazec

Особенности функционирования

Радиолокатор осуществлял автономный поиск цели в секторе по азимуту в пределах от 15 до 80° и по углу места 15°. При стационарном расположении ЗСУ целеуказание могло приниматься по радиотелефону в пределах дальности бортовой радиостанции Р-113 — до 20 км от наземных РЛС обнаружения П-15, однако последняя не могла обнаруживать цели, летящие ниже 500 м. После обнаружения цели и ее опознавания с помощью бортовой аппаратуры РЛС переводилась операторами в режим автосопровождения, при котором вырабатывались текущие координаты цели. Достаточная дальность автосопровождения и малое время сглаживания в схеме СРП (3-6 с) позволяли открывать огонь по цели на предельной дальности 4500 м.
РЛПК обеспечивал управление огнем АЗП при прицельной стрельбе по самолетам и вертолетам, парашютному десанту, световым авиабомбам в следующих режимах:
— по данным РЛС;
— при наличии оптической видимости — по угловым координатам от ТОВ и дальности от РЛС;
— по угловым координатам от ТОВ и установленной высоте, принятой по радио;
— по запомненным параметрам движения цели.
Кроме того, в аварийных ситуациях стрельба по воздушным целям могла вестись с помощью оптического прицел-дублера и полуавтоматического наведения пушки без включения агрегата питания.
Стрельба по наземным целям (танки, пехота и др.) могла вестись при наведении как с помощью прицел-дублера, так и с помощью ТОВ. В последнем случае осуществлялась стабилизация линии визирования и линии выстрела, что позволяло прицельно стрелять в движении.
Для защиты от угловых ответных помех комплекс «Байкал» имел схему переключения частот сканирования ГОНа. В комплексе была реализована скрытая настройка аппаратуры без излучения в пространство. Имелось специальное тренировочное устройство, позволяющее имитировать одиночную цель на различных курсах полета, с разными скоростями, пассивную помеху, активную шумовую помеху, помеху по дальности и ответную угловую помеху. Однако это устройство не входило в комплект ЗСУ и не размещалось в башне.
Встроенная аппаратура позволяла проверять работоспособность комплекса, за исключением точностных характеристик системы стабилизации.

Изготовление

Постановление №426-211 предписывало изготовить два образца гусеничного самохода: заводской и опытный.
Заводской образец установки «Енисей» без оснащения его РЛПК, АЗП и прицел-дублером планировалось собрать в IV кв. 1958 г. и сдать на заводские испытания. Однако на УЗТМ его изготовили только в марте 1959 и далее ждали комплектующее оборудование.
Согласно «Справке о ходе выполнения работ по созданию зенитного комплекса «Енисей»-«Ангара»-«Байкал», на сентябрь 1959 г. для заводского образца в срок был поставлен только прицел-дублер, по остальным комплектующим сроки не выдержали. Генератор отбора мощности от двигателя самохода НИИ-627, отгруженный на «Уралмаш» только 26 марта 1959 г. (при графике 15 января), изготовили крайне некачественно, и он не был принят заказчиком. Пушку (недоукомплектованную приводами) отправили лишь 20 июля 1959 г. Агрегат питания вместо 10 февраля 1959 г. поступил в начале июля. Все это задерживало проведение заводских испытаний.
По опытному образцу шасси для госиспытаний предполагалось в I кв. 1959 г. подать его с уже установленной пушкой в НИИ-20 для монтажа и отладки РЛПК, а в IV кв. 1959 г. — провести контрольно-сдаточные испытания и направить на Государственные испытания.
Но шасси для госиспытаний также было изготовлено в марте 1959 г. Отставание по поставке комплектующих для него составляло по ряду систем более 6 месяцев. Пушка «Ангара» должна была поступить на «Уралмаш-завод» в IV кв. 1958 г., но получили ее только в начале марта 1959 г., причем недоукомплектованной бесконтактными сельсинами, ожидаемыми в мае. Агрегат питания НАМИ и НИИ-627 поставили в мае 1959 г. при сроке15 февраля 1959 г. Еще худшая ситуация сложилась с поставкой головки телевизионно-оптического визира заводом №349 Ленинградского совнархоза и с изготовлением, настройкой и сдачей блоков аппаратуры РЛПК «Байкал» НИИ-20 и заводом №668.
В связи с возникшими проблемами постановлением СМ СССР №578-236 от 30 мая 1960 г. был установлен новый срок сдачи опытного образца на государственные испытания — IV кв. 1960 г.
12 августа 1959 г. составным частям комплекса «Енисей» были присвоены следующие индексы ГРАУ: зенитной установке — 2А1,37-мм спаренной АЗП «Ангара» — 2А12, 37-мм автомату к пушке «Ангара» — 2А11, силовым приводам наведения пушки «Ангара» — 2Э4, РЛПК «Байкал» -1 АН, РЛС РЛПК «Байкал» -1РЛ34. Гусеничной базе новой ЗСУ в ГБТУ присвоили индекс «Объект 119».

 

Заводские и приемо-сдаточные испытания

Заводской образец самохода был подвергнут ходовым испытаниям в объеме 3014 км (Отчет по испытаниям №2160 от 30 мая 1960 г.), которые выявили дефекты в системе охлаждения и в редукторе привода генератора.
Опытный образец прошел заводские испытания в объеме 700 км на «Уралмашзаводе» при сдаче самого шасси и 1160 км при контрольно-сдаточных испытаниях собственно ЗСУ на Научно-испытательном зенитно-артиллерийском полигоне (ст. Донгузская Оренбургской области). По решению ГКОТ, ГРАУ и ГБТУ №а/587807 от 8 июня 1960 г. эти 1800 км пробега засчитали в общий гарантийный километраж шасси.
37-мм спаренная АЗП «Ангара» прошла следующие заводские отладочные испытания:
— на стенде — для проверки прочности качающейся части, работы узла питания и гильзоотведения в объеме 967 выстрелов;
— на самоходе — с целью проверки работы узла питания, гильзоотведения и работы автоматов в движении в объеме 1011 км пробега и 1327 выстрелов;
— испытания автоматов на живучесть и надежность в объеме 2000 выстрелов.
После указанных испытаний АЗП с силовыми приводами допустили на госиспытания решением от 26 июля 1961 г.
РЛПК «Байкал» выдержал:
— заводские сдаточные испытания аппаратуры комплекса без систем стабилизации в отдельной кабине;
— заводские сдаточные испытания комплекса на самоходной установке.
— По результатам РЛПК был допущен к госиспытаниям решением от 3 августа 1961 г.
Приемо-сдаточные комплексные испытания ЗСУ проводились с декабря по 10 августа 1961 г. на Донгузском полигоне. По их итогам были выявлены следующие несоответствия ТТТ:
— вес установки составлял 27,5 т вместо заданного 25,5 т;
— боекомплект включал 540 выстрелов вместо 600;
— не обеспечена противоатомная защита экипажа;
— частично не выполнены требования по удобству размещения экипажа и обслуживания агрегатов;
— конструкция и размещение прицел-дублера не обеспечивали удобство пользования при стрельбе по воздушным и наземным целям;
— система вентиляции не вполне обеспечивала охлаждение агрегатов и аппаратуры комплекса, электропитания и приводов наведения;
— скорость наведения АЗП ручным приводом по азимуту составляла 0,6°/оборот вместо заданных 1—1,5;
— не полностью выполнены требования по удобству обслуживания и устранению задержек стрельбы;
— аппаратура защиты от пассивных помех не отлажена окончательно;
— наблюдалось большое запыление счетно-решающего прибора.
До предъявления ЗСУ на госиспытания не были проверены брызгозащищенность, надежность работы комплекса с телевизионно-оптическим визиром и не проведены климатические испытания всей машины. В целом опытный образец ЗСУ «Енисей» признали соответствующим основным ТТТ, и решением от 2 августа 1961 г. Госкомитета по оборонной технике он был допущен на госиспытания с указанными отступлениями от ТТТ.

Государственные испытания

Ход и итоги испытаний подробно описаны в «Акте государственных испытаний опытного образца ЗСУ «Енисей».
Первый этап госиспытаний проводился на Донгузском полигоне с 10 августа по 14 октября 1961 г. (ЗСУ «Шилка» проходила госиспытания там же с 26 августа по 24 октября 1961 г. по своей программе). Для ускорения работ согласно указаниям ГРАУ и штаба ПВО СВ зенитные стрельбы по планеру и светящимся авиабомбам, а также стрельбы с применением ТОВ проводились подготовленным расчетом из двух инженеров НИИ-20, стрельбы с прицел-дублером вел командир машины — офицер полигона.
Скомплектованный из солдат и сержантов расчет в процессе испытаний в основном изучал матчасть и обслуживал артустановку. На заключительном этапе этот расчет провел одну зенитную стрельбу по планеру в объеме 166 выстрелов.
Было выполнено пять задач по стрельбе с места по мишени 77-БМ-2М, буксируемой самолетом Ил-28 со скоростью 150—160 м/с. Стрельбы по данным радиолокатора признали удовлетворительными (хотя получили всего 10 прямых попаданий в мишени, в разделе «Выводы» того же документа содержится уже иная оценка: «ЭСУ-37-2 «Енисей» имеет высокую эффективность стрельбы с места по воздушным целям».
Малая эффективность стрельбы с использованием ТОВ была объяснена недостаточной натренированностью расчета. Стрельбу с помощью прицел-дублера признали принципиально малоэффективной. Отмечались неудобное расположение прицел-дублера и невозможность плавной наводки орудия с помощью прибора полуавтоматического наведения (ПАН). Стрельба с помощью оптических средств затруднялась задымлением, возникающим после первой очереди.
Оптимальным режимом стрельбы по воздушной цели сочли стрельбу короткими очередями с наращиванием длины очереди по мере приближения цели.
Стрельбы по буксируемой мишени при движении ЗСУ по целине со скоростью 20—25 км/ч и по танковой трассе со скоростью 8—10 км/ч показали возможность прицельной стрельбы на ходу, несмотря на возрастание ошибок стрельбы в 1,5—2 раза.

p0002-sel

Расчеты вероятности поражения, выполненные по результатам стрельб, показали, что эффективность стрельбы 140 снарядами одной ЗСУ-37-2 по цели типа Ил-28 на высотах 2000—3000 м на ближнем участке зоны поражения и четырех ЗСУ на дальнем эквивалентна эффективности стрельбы шестиорудийной батареи АЗП С-60 с ПУАЗО-6-60 и СОН-9 с расходом 264 снарядов. Исходя из типовой групповой цели в виде пары или звена самолетов и размеров зоны обстрела, был сделан вывод о том, что батарея в составе 3—4 установок может выполнить надежное прикрытие боевых порядков мотострелкового или танкового батальона от налетов до высот 3—4 км, обеспечить поражение одиночной цели с вероятностью 0,6—0,75 и обстрелять каждый самолет звена.
В ходе испытаний стрельбой по движущимся танкам с места и в движении из 232 выстрелов были получены всего три попадания. Это объяснялось недостаточной подготовкой расчета, неплавностью наводки прибора ПАН, рассчитанной на скорости воздушных целей, неудобным расположением прицел-дублера и отсутствием угломерных сеток на ТОВ и прицел-дублере.

Opitnij_obrazec

Опытный образец в походной конфигурации в ходе госиспытаний. Хорошо видны отличия от заводского образца — круглая решетка на левом борту башни и закрытый выхлопной патрубок турбины

ZSU-37-2-v-pologenii-po-boevomu

ЗСУ-37-2 «Енисей» для государственных испытаний в положении по-боевому

В выводах отмечалось, что «ЗСУ «Енисей» обеспечивает поражение танков с броней до 50 мм на дальностях до100ми40 мм на дальностях до 500мпри углах встречи снаряда с броней 60—90°. При стрельбе с места наиболее эффективен способ с прицел-дублером и наведением гидроприводами, в движении стрельба по танкам возможна только с использованием ТОВ, при условии расширения поля зрения его оптической головки. Стрельбу целесообразно вести с дальности не более 600—700 м очередями по 3—5 выстрелов».
В ходе госиспытаний ЗСУ прошла 1185 км, из них 765 км — на Донгузс- ком полигоне: 400 км — маршевые пробеги, остальное — обеспечение стрельб. Марши осуществлялись в два приема: 100 км — по грязным грунтовым дорогам с включенным РАПК и силовыми приводами и 300 км — по сухим грунтовым дорогам с выключенным РАПК и приводами. После каждого марша производилась проверка функционирования стрельбой.
Второй этап госиспытаний проходил с 20 по 30 октября 1961 г. на полигоне ГБТУ в Кубинке. Было пройдено 420 км маршевыми пробегами по 60— 100 км по сухой ухабистой танковой трассе. Средние скорости движения составили:
— по сухим грунтовым дорогам — 33,3 км/ч (расход топлива при этом — 158 л/100 км или 96,4 л/ч);
— по грязным грунтовым дорогам — 27,5 км/ч (237 л/100 км или 50,5 л/ч);
— по сухой танковой трассе — 15,1 км/ч (230 л/100 км или 34,1 л/ч).
Запас хода по топливу достигал 210 км по грязной грунтовке и сухой танковой трассе и 310 км по сухой грунтовой дороге, что являлось достаточным. Расход масла двигателем находился в норме и составил в пределах 0,5—0,9 л/ч и 2,0—6,0 л на 100 км пути. Марши не оказали влияния на функционирование комплекса. Экипаж на рабочих местах был в состоянии выдержать 300-км форсированный марш. Установка преодолевала подъемы и спуски крутизной до 28°, воронки глубиной 1,4—1,5 м диаметром 4—6 м.
Возникающие при пробегах вибрации и удары не влияли на работу РЛПК и системы стабилизации. 8-ча-совая непрерывная работа РЛПК не приводила к существенным изменениям параметров. Аппаратура опознавания «Кремний-2М» после настройки работала нормально.
При действиях по низколетящим целям точность РЛС оказалась выше, чем у радиолокатора СОН-9А. За 375 ч наработки РЛС было отмечено 15 характерных неисправностей, что составило 25 ч на отказ. Перед выполнением отдельных пунктов программы отводилось 2—3 ч на профилактические и ремонтные работы по РЛПК. Отказы происходили в основном из-за попадания пыли и скученности электромонтажа в блоках и между ними. В результате недостаточной надежности РЛПК и системы стабилизации линии визирования имелись случаи срыва программы, что приводило к повторным стрельбам. Одновременная работа РЛС и ТОВ была затруднена из-за высокочастотных наводок на экран телевизионного приемника. Аппаратура защиты от радиопомех не испытывалась. Примененный в РЛПК печатный монтаж на отдельных платах значительно сократил время обнаружения и устранения неисправностей.

Vtoroj-obrazec

Второй образец машины на позиции стрельбы в окопе. Государственные испытания, Донгузский полигон

Расположение аппаратуры и рабочих мест в башне оказалось недостаточно удобным для работы расчета. Точностные показатели СРП в динамике в основном режиме были получены не ниже, чем у ПУАЗО-6-бО. 8-часовые непрерывные испытания показали удовлетворительную стабильность работы. Достоинством СРП являлось минимальное количество эксплуатационных регулировок.
Во время испытаний разбалансировки напряжений не наблюдалось. За 375 ч наработки было выявлено девять неисправностей СРП и четыре — орудийного преобразователя координат (ОПК). Однако блоки СРП и ОПК подвергались сильному загрязнению пылью и маслом (утечки из приводов стабилизации). Существующая система вентиляции и очистки воздуха показала себя неэффективной. Блоки были перегружены аппаратурой, монтаж сильно стеснен, что затрудняло поиск и устранение неисправностей. Блок решающих усилителей перегревался. По причине неотлаженности не проходили проверку узлы СРП: автомат курса, схема контроля СРП в динамике и схема учета баллистического ветра.
Общее количество отказов РЛПК без системы стабилизации достигло 28, что составило 15 ч наработки (по ТТТ — 30 ч) и указывало на недостаточную надежность.
Система стабилизации линии визирования оценивалась при функционировании всего комплекса, наработав на стоянке 75 ч и в движении 100 ч. С 15 августа по 10 сентября система работала неустойчиво, при этом ошибки привода стабилизации по горизонту превышали в 4—5 раз ошибки, полученные до госиспытаний.
Одной из причин нестабильной работы стало засорение грязью механизма управления гидронасосом. Кроме того, доступ к узлам системы стабилизации для обслуживания был затруднен. Время выхода гировертикали в «0» составляло 7 мин вместо 3 мин по ТТТ.
Из 6266 выстрелов на госиспытаниях 98% было произведено автоматическим огнем, в том числе очередями по 5—10 выстр. — 90%, от 20 до 80 выстр. — 8%. В движении осуществлено 28% выстрелов. Боеприпасы функционировали нормально, за исключением двух случаев осечки.
Звенья применялись от двух до восьми раз; из 1000 шт. после испытаний 34 отбраковали вследствие деформации. Наблюдались две задержки из-за пропуска подачи очередного
снаряда. Поломок деталей автоматов, вызвавших задержки стрельбы, зафиксировали четыре, в том числе трижды — из-за пружины гильзовыброса. Поломка этой пружины вела к поломкам других деталей автомата.
Для устранения дефекта требовалась разборка всего автомата, что являлось недопустимым.
Отмечалось значительное количество (23) повреждений и поломок деталей пушечной установки, вызвавших задержки в стрельбе.
Гидравлические силовые приводы башни и пушечной установки функционировали нормально.
До начала госиспытаний на опытном образце были заменены следующие узлы и агрегаты:
— двигатель на 1260 км пробега вследствие наработки 326 моточасов, большей частью на стоянке в период отладки и испытаний РЛПК и пушки;
— гусеницы и бандажи 1-го и 3-го правых поддерживающих роликов на 1100 км в связи с аварийной поломкой гребней траков при спадании гусеницы;
— комплект дисков главного фрикциона на 1800 км из-за разрушения шести ведущих дисков.
Новый дизель привода к дублирующему агрегату вышел из строя при наработке всего 445 ч в результате разрушения хвостовика паразитной шестерни. Отказ в работе ВКУ был вызван коротким замыканием от попадания воды в разъем при разрыве шланга системы охлаждения пушки.
Гусеница работала нормально, но после пробега 1900 км у 25% траков было отмечено увеличение шага на 4 мм по причине выдавливания резины в зазоры между проушинами.
Назначенный ресурс гусеницы в 3000 км требовал подтверждения. Кроме того, по шасси были выявлены следующие недостатки:
— недопустимо большие нагрузки на пятые опорные катки;
— появление выхлопа с пламенем в движении под нагрузкой после длительной работы дизеля на отбор мощности для СЭП;
— недостаточная вентиляция отделения управления при движении по- боевому (при температуре + 23°С атмосферного воздуха в отделении механика-водителя зафиксировано + 50°С);
— стесненное размещение расчета в башне;
— невозможность выхода механика-водителя при положении стволов пушки над люком;
— недостаточная эффективность системы охлаждения дизеля (при + 23°С атмосферного воздуха температура воды достигала предела + 105°С, масла — + 110°С);
— неэффективность ПАЗ;
— РЛПК при включении значительно ухудшает дальность связи посредством радиостанции
Р-113;
— неудобная установка ночных приборов ТКН-2 и ТВН-2.

p0004-sel

4

Хорошо виден козырек на орудийной маске и секционная конструкция открытого люка механика-водителя

СЭП безотказно выдержала 8-часовую непрерывную работу с дублирующим генератором, а при работе с турбиной в отсеке питания наблюдалось повышение температуры до 83°С и нагрев масла в подшипниках турбины до + 95°С. Поэтому работа СЭП от турбины была ограничена 2 ч. Расход топлива турбиной при полной нагрузке составил 62 л/ч, масла — 1,8 л/ч. Замеры потребляемых мощностей показали, что в нормальных условиях работы при + 30°С мощность СЭП достаточна. Работа СЭП при -40°С не проверялась. Аккумуляторы 12Ст-70 функционировали нормально и обеспечивали питание аппаратуры ЗСУ в различных режимах, а также приводов наведения пушки в аварийном режиме в течение 6 мин.
Как видно из вышеизложенного, комплекс доказал свою работоспособность. Впрочем, и проблем хватало, и далеко не все они были легкоустранимыми. Но маловероятно, что при создании принципиально нового образца техники могло быть иначе. Похожие трудности, вскрывшиеся при испытаниях и эксплуатации первых серийных ЭСУ-23-4 «Шилка», как известно, потребовали длительных и неоднократных переделок систем, особенно воздухоочистки и охлаждения оборудования.
Работы по упоминавшемуся выше радиолокационному комплексу целеуказания «Обь» были прекращены постановлением СМ СССР от 4 июля 1959 г. Однако испытания подтвердили, что бортовые РЛПК как «Енисея», так и «Шилки» не способны самостоятельно эффективно обнаруживать воздушные цели. Предлагалось использовать для целеуказания стационарную РЛС П-15, но она не могла обнаруживать цели ниже 500 м, не обеспечивала целеуказание в движении и целераспределение. Комиссия сделала вывод о целесообразности «для более эффективного боевого использования ЗСУ… разработать специальную командирскую машину со станцией разведки и распределения целей».
В результате комплекс был признан в основном соответствующим ТТТ ГРАУ и ГБТУ. Выявленные недостатки подлежали устранению с последующей проверкой на головных образцах установочной партии. В ходе испытаний также подтвердилось, что новые ЗСУ превосходят стоящие на вооружении средства армейской ПВО. По вероятности поражения «Енисей» превосходил батарею из шести буксируемых АЗП С-60 или батарею из четырех самоходных ЗСУ-57-2.

p0005-sel

После окончания испытаний комплексов «Шилка» и «Енисей» государственная комиссия провела сравнение их возможностей и заключила:
«1. ЗСУ «Шилка» и «Енисей» оснащены радиолокационным комплексом и обеспечивают стрельбу днем и ночью при любой погоде;
2. вес «Енисея» 28 т, что недопустимо для вооружения мотострелковых подразделений и ВДВ;
3. при стрельбе по самолетам МиГ-17 и Ил-28 на высоте 200 и 500 м «Шилка» эффективней «Енисея» в 2 и 1,5 раза соответственно;
4. «Енисей» предназначен для ПВО танковых полков и танковых дивизий по следующим соображениям:
— танковые подразделения и соединения действуют в основном в отрыве от основной группы войск. «Енисей» обеспечивает сопровождение танков на всех этапах боя, обеспечивает эффективный огонь на высотах до 3000 м и дальностях до 4500 м. Использование этой установки практически исключает точное бомбометание по танкам, чего «Шилка» не может обеспечить;
— имеются достаточно мощные осколочно-фугасный и бронебойный снаряды. «Енисей» может вести более эффективную стрельбу на самооборону по наземным целям при следовании в боевых порядках танковых войск;
5. унификация новых ЗСУ с изделиями, состоящими в серийном производстве:
— по «Шилке» — 23-мм автомат и выстрелы к нему состоят в серийном производстве. Гусеничная база СУ-85 изготавливается на ММЗ;
— по «Енисею» — РПК унифицирован по модулям с системой «Круг», по гусеничной базе — с СУ-100П, к производству которой готовятся 2-3 завода.
Кроме того, указывалась возможность использования «Енисея» для перекрытия мертвой зоны армейских ЗРК «Круг» и «Куб». В итоге комиссия рекомендовала принять на вооружение Советской Армии обе ЗСУ. Таким образом, можно констатировать, что в нашей стране задача создания ЗСУ поля боя, способной вести эффективное прикрытие войск в движении, была успешно решена дважды, параллельно разными коллективами разработчиков. В других странах с развитым военно-промышленным потенциалом в то время подобную технику создать так и не смогли.

Закат темы

В 1962 г. начались доработки конструкции ЗСУ-37-2 по полученным замечаниям. Велась подготовка к серийному производству, которое практически с нуля предполагалось развернуть на Липецком тракторном заводе. Задание на 1963—1965 гг. предусматривало выпуск 450 машин. Между тем, два артиллерийских зенитных комплекса со схожими характеристиками во времена ракетного бума ужиться все же не могли. В отраслевых институтах-разработчиках малокалиберной артиллерии разгорелась острая полемика (больше, впрочем, напоминающая перетягивание одеяла на себя) по поводу оценки эффективности систем различных калибров. По совместным расчетам НИИ-20 и НИИ-61 обеспечивались следующие вероятности поражения воздушных целей по бомбардировщику/по истребителю:

p0006-sel

Согласно этим данным наибольшую эффективность показывала 30-мм двуствольная система АО-10 (ТКБ-645) разработки В.П. Грязева и А.Г. Шипунова (НИИ-61, прототип современной ГШ-2-30, прошла заводские испытания в июле 1959 г.). На втором месте была АЗП «Ангара».
ОКБ-43 предоставило свои данные, доказывая, что преимущество на стороне калибра 37 мм, а в армейском НИИ-3 считали, что до высот 800 м лидирует артустановка «Шилки».
В итоге верх одержало мнение НИИ-61: «...счетверенная зенитная самоходная установка (комплекс «Шилка-Тобол-Амур») на высотах до 500м при стрельбе по перспективным
низколетящим самолетам по эффективности не уступает спаренной 37-мм зенитной установке (комплекс «Енисей-Байкал-Ангара»), имея примерно вдвое меньший вес. (Очень примерно. На самом деле 27,5 т против 18,8 т — в 1,46 раза. — Прим. авт.)
В дальнейшем при замене четырех 23-мм пушек ТКБ-507 двумя высокотемпными 30-мм пушками с использованием тех же радиолокационного комплекса, агрегатов силового наведения можно в прежнем весе иметь самоходную 30-мм спаренную установку, по эффективности превышающую 37-мм зенитный комплекс на высотах до 2000 м. Проработки, проведенные в настоящее время НИИ-61 совместное заводом №946, показывают реальную возможность установки на самоходке «Шилка» двуствольных 30-мм пушек АО-Ю с суммарной скорострельностью 5000 выстрелов в минуту.
Задача надежного поражения целей на высотах более 2000 м более целесообразно может быть решена с использованием ЗУР».

В другом документе специалисты НИИ-61 указывали, что наибольшей эффективностью в диапазоне высот 500—3000 м обладает самоходный комплекс с 37-мм спаркой, но значительная масса и габариты делают его непригодным для использования Воздушнодесантными войсками, следовательно, он не может быть универсальным средством, способным решать все тактические задачи в ближней зоне ПВО СВ.
Таким образом, несмотря на признание превосходства «Енисея», было принято решение о создании единой ЗСУ для СВ на основе «Шилки» в силу ее меньшего веса, размеров, возможности в будущем перевооружения более мощными пушками и с учетом появления в ближайшей перспективе ЗРК войсковой ПВО типа «Оса».
Стоит отметить, что данное решение в чем-то было на руку многим участникам этой истории. Головной разработчик по РЛПК НИИ-20 сосредотачивался на ЗРК. В ОКБ-3 очередное пополнение длинного перечня не пошедших в серию разработок было воспринято достаточно спокойно в силу высокой загруженности по шасси ГМЗ и машин ЗРК «Круг». К тому же КБ находилось в стадии реорганизации и переезда на новое предприятие.
Руководству Липецкого тракторного завода «Енисей», вероятнее всего, виделся грядущим кошмаром из-за отсутствия производственных мощностей и опыта серийного выпуска современной сложной военной техники.
А основному заказчику от МО СССР—ГБТУ было проще содержать на вооружении один тип технически сложной ЗСУ, при том что основная ставка в обеспечении ПВО Сухопутных войск уже делалась на перспективные войсковые ЗРК, подведомственные ГРАУ.
20 сентября 1962 г. Госкомитетом СМ СССР по оборонной технике был издан приказ, в котором (со ссылкой на постановление ЦК КПСС и СМ СССР №925 от 5 сентября 1962 г.) в первых трех пунктах утверждалось принятие на вооружение ЗСУ-23-4 «Шилка» и развертывание ее серийного производства. Четвертым пунктом определялось прекращение работ по выпуску боеприпасов к пушке «Ангара». Далее следовало решение о государственном премировании разра¬ботчиков обоих комплексов:
— за ЗСУ-23-4 и «Енисей» — премией 6-й степени;
— за РЛПК «Байкал» и «Тобол» — премией 5-й степени;
— за АЗП «Ангара» и «Амур» — премией 6-й степени;
— за источники питания для обеих ЗСУ— премией 10-й степени.

p0007-sel

Последний шестой пункт приказа обязывал разработчиков «Енисея» провести доработки конструкторской документации по замечаниям Госкомиссии, а Министерство обороны — заложить эту документацию на хранение.
Для уменьшения нагрузок на ходовую было решено добавить седьмой каток, причем серьезно прорабатывался довольно экзотический вариант с опорным ленивцем. Был даже построен макет с такой ходовой и с измененной компоновкой башни (по аналогии с «Шилкой» БК сосредоточили в передней части, экипаж и оборудование — в задней). Но остановились все же на семикатковой ходовой части обычной компоновки.

p0008-sel

В конструкцию внедрили еще ряд новшеств, обкатанных на Су- 100ПМ. Применили мелкозвенчатую гусеницу с РМШ и шагом трака 110 мм. Венцы ведущих колес под этот трак имели по 17 зубцов. Новые опорные катки были прежнего диаметра, с пятью ребрами жесткости. В связи с увеличением длины гусеницы использовали по четыре поддерживающих ролика на борт (средние ролики — сдвоенные). Корпус в районе отделения управления и блока системы охлаждения выше надгусеничных полок был расширен. В образовавшихся объемах и новых отсеках на левой надгусеничной полке разместили эффективную систему противоатомной защиты. Изменили конструкцию ящиков ЗИП, а выхлопной патрубок турбины оснастили крышкой. Провели также некоторую перекомпоновку оборудования в башне, вследствие чего ее форма изменилась.
Комплект доработанной конструкторской документации был сдан на хранение. История ЗСУ-37-2 «Енисей» на этом закончилась, опытные образцы не сохранились. Однако опыт, полученный при отработке семикаткового шасси, пригодился при создании машин зенитного комплекса «Круг». А планы по оснащению «Шилки» пушкой более эффективного калибра, сыгравшие в судьбе «Енисея» столь роковую роль, так и не были осуществлены.

p0009-sel

Proekcii-i-prodolnie-razreziProekcii-i-prodolnie-razrezi 1.Proekcii-i-prodolnie-razrezi 2.

Проекции и продольные разрезы «Объекта 130»
(Пояснительная записка к техническому проекту гусеничного самохода на базе СУ-100ПМ с узлами и агрегатами, унифицированными с танками Т-54 и Т-55. — Свердловск, сентябрь 1960г.)

Неизвестный проект

Рассказывая о ЗСУ-37-2, следует вспомнить еще один проект: в 1960 г., до объединения с ОКБ-3, СКБ Свердловского ордена Трудового Красного знамени машиностроительного завода №50 (СМЗ) подготовило под руководством П.П. Васильева технический проект ЗСУ «Объект 130». Целью разработки, выполненной на основе ЗСУ «Объект 119», была унификация легкой базы по узлам и агрегатам МТО с танками Т-54 и Т-55.
Первый вариант «Объекта 130» отличался от шасси ЗСУ «Енисей» поперечным расположением двигателя, при этом МТО и весь корпус удлинились примерно на 120 мм. Была упрощена геометрия верхней носовой части корпуса, крыша над водителем стала горизонтальной. Кроме того, проект предусматривал использование в ходовой части наружных гидравлических телескопических амортизаторов на первом, втором и шестом катках каждого борта и рас¬положение катков правого борта со сдвигом назад относительно катков левого борта, как на танках. Звездочка ведущего колеса имела 13 зубьев.
Еще более радикально отличался вариант с задней компоновкой силового агрегата.
Возможность использования узлов танкового МТО на легкобронированных машинах подтвердилась, но на этом работы были остановлены. Опытный образец не строился.

(по материалам журнала «Техника и вооружение №№ 1,2  2011 г.)

✏ Оставить комментарий

Приобрести книги по скидкам:







  • Архивы